НЕ САМА ВО ВСЕМ ВИНОВАТАЯ

Имя Альфонс приобрело нарицательное значение в конце XIX века после того, как на российской сцене вышла постановка пьесы Александра Дюма-сына «Господин Альфонс». Однако подобное прозвище имело тогда более широкое значение, нежели «любовный/брачный приживала». Браки по расчету были делом обыденным с обеих сторон, а вот возмущение потребительским отношением к женщине в целом, ее объективизацией становилось актуальным. И герой пьесы, для которого все женщины – лишь игрушки (тут и невеста, и любовница, и дочь), показанный самим автором с неприязнью, пришелся на злобу дня. Режиссер Татьяна Казакова в пьесе нашла свои мотивы актуальности, поставив спектакль «Господин Альфонс» в Театре комедии им. Н.П. Акимова.

Молодой человек по имени Октав, он же Альфонс (Виталий Кузьмин) бросает беременную от него девушку Раймонду (Анастасия Бородихина). Позже она выходит замуж за капитана Монтеглена (Николай Смирнов): человека гораздо старше, предложившего ей все – любовь, богатство, статус в обмен на уважение и преданность (на большее он и не рассчитывал). Свою дочь Раймонда от мужа скрывает, видится с ней тайком в доме семьи, куда устроил девочку Октав. Разве это порядочно с ее стороны? В этом соль драматургии Дюма-сына: в приличном обществе хорошим женщинам, обманутым бесчестными мужчинами, не дается ни единого шанса жить дальше порядочно; им вменяются в вину чувственность, доверчивость, эмоциональность, тогда как  именно эти  качества способствуют истинно прекрасномув женщинах: нежности, отзывчивости, бескорыстию.

Экспозиции не будет. Казакова ставит начало спектакля сразу как средоточие конфликта: в сложном ультрамариновом свете, под неспокойную музыку, Октав и Раймонда взволнованно ходят по сцене, сближаясь и расходясь, как противники на ринге… Перемена света – и герои «окажутся» в комнате богатого дома Монтегленов: красивая мебель бело-голубых тонов, по обеим сторонам сцены – высокие стены спокойного голубого цвета, в глубине–такого же цвета велюровый занавес. Художнику Стефании Граурогкайте и художнику по свету Денису Солнцеву удалось создать пространство, почти ощутимо наполненное свежим воздухом и солнцем. В этом пространстве отражается внутренние благородство обитателей дома, однако чувствуется и какая-то слишком приглаженная благообразность.

Раймонда-Бородихина – красивая молодая женщина, на ее стройной фигуре безупречно сидит элегантное голубое платье, у нее нежный голос и утонченная пластика лирической героини. Октав-Кузьмин имеет вид надменного фата – ладный костюм, манжеты-оборки, галстук-аскот с брошью, белые перчатки, трость… всю эту красоту режиссер оттенила пиджаком желтого цвета – популярный цвет лжи, предательства (в России XIX века, кстати, «желтым» назывался документ продажной женщины). В пластике и тоне Раймонды – с трудом сдерживаемое волнение; речь Октава звучит ровно, даже мягко, но с подспудной издевкой.  В обществе приличных людей, к которому они принадлежат, не принято выражать чувства открыто.

Для Октава лгать – как дышать, а Раймонда хорошо усвоила урок молодости, теперь ей тяжело быть откровенной даже с мужем. А ведь господин де Монтеглен – действительно хороший человек (и задан здесь именно как образец настоящего мужчины), Николай Смирнов играет его таковым уверенно и значительно: в его низком тембре – твердость и серьезность, в объемной фактуре читается доброта, а искренняя, чистая любовь к Раймонде видна в каждом движении – как он смотрит на нее, как мягче становится его голос. Из-за сцены слышится его зов: «Раймонда! Раймонда!» – в нетерпении встречи кричит он жене. И только что взвинченная разговором с Октавом, Раймонда оттаивает, умиротворенно, счастливо улыбается, встречая его…

Жениться на богатой женщине, вдове Гишар, ради денег – вот что, естественно, в планах Альфонса. Заметая «грязные  следы», он предлагает Раймонде взять девочку полностью под свою опеку. В сцене, где Адриенна (Анастасия Сайко) стоит перед Монтегленом, Раймондой (которая, чтобы не броситься к дочери, вжимается спиной в стену) и Октавом, ей сопутствует тихая переливчатая мелодия, похожая на звуки музыкальной шкатулки. Ведь Адриенна сама подобна куколке из шкатулки: два хвостика, заплетенные на светлых волосах, голубое платье с воланами; она говорит заученными фразами, почти механически, в том числе о своей большой любви к опекуну господину Альфонсу, для которого она и есть только игрушка. Наедине с матерью девочка разражается пылкими, очень подлинными признаниями в привязанности и тоске по ней… Спектакль, несмотря на комедийный жанр и акцентное название, задевает многие непростые и актуальные, к сожалению, по сей день темы. Отец в интересах личного счастья готов отправить дочь хоть в Америку. Мать, конечно же, готова рисковать своим счастьем ради дочери. Далеко не все отцы такие, но Дюма, как известно, не повезло в этом плане; потому все его пьесы в некотором роде – гимн женщинам.

Самая, наверное, главная героиня спектакля врывается на сцену, как та ведьма на праздник в «Спящей красавице»: под грохот падающих предметов и мигание света, она кружится словно большая черная птица (под плащом полыхает красный), огромные черные перья на ее шляпе колышутся в яростном ритме. Елена Мелешкова – актриса искрометной характерности. Ее героини, на каком бы плане ни находились, всегда на виду, всегда интересны. Здесь актриса создает яркий, просто какой-то вулканический образ.

Работая когда-то служанкой в трактире, нынешняя госпожа Гишар сполна познала пошлость, беспутицу, тяготы. Потом завела роман со стариком-хозяином, за которым заботливо ухаживала в настигшей его немощи, так что он перед кончиной даже женился на ней, оставив богатое наследство. В спектакле ее образ построен так, что создается внушительный контраст между ней – женщиной, своей волей вырвавшейся из низов, и приглаженным пастельным благообразием дома Монтегленов. Поначалу она воспринимается простым вульгарнейшим созданием (в исполнении Мелешковой к тому же очень забавным): красное платье, сверкающее блестками, вызывающе «бохато»; взбитые копной волосы – образец куртизанки; она с упоением пьет пиво, расположившись на бело-голубом диване; беззастенчиво сбрасывает с ноги туфлю, потому как модная обувь нещадно трет; ее голос до истошного громок – героиня совершенно не в силах сдерживать кипящее внутри волнение. Удивительно, как Мелешковой хватает силы и темперамента на почти часовую безостановочную экспрессию, при этом как изобретательна, выразительна и правдива актриса в сложном режиссерском рисунке.

Спектакль исследует два типа женской судьбы, написанные Дюма: Раймонда подчиняется правилам высшего света, запутываясь в его лжи и интригах; Гишар же привыкла жить своим умом, и в своей «первобытности» сохраняет ценнейшее качество – честность. «Ненавижу ложь!» – не раз восклицает она, эти слова особо истово произносятся актрисой. Эта фраза, а не одиозность героини, является доминантой образа героини. Дюма, а с ним и создатели спектакля утверждают, что эта женщина прекрасна, какой бы неприличной ни полагало ее общество. Перед зрителем постепенно раскрываются ее доброта, материнская сердечность, желание настоящей чистой любви – эта извечная женская слабость, во все времена открывающая всяким Октавам лазейки в сердца даже таких прожженных женщин, как Гишар, которая считает: «Нам нужно всем обороняться от мужчин, не правда ли? Без этого на их стороне было бы слишком много преимуществ».

На несколько весомых минут сценического времени появляется в спектакле нотариус Дьедонне (Юрий Орлов). Важной, осторожной походкой он напоминает птицу-секретаря (полы его коричневого фрака даже похожи на хвост). Говорит он гнусавым голосом, манерно растягивает последние слоги в словах, но, тем не менее, невероятно обаятелен. Аккуратно, с особым уважением, Дьедонне держит в руках документы; любовно дышит в стекла очков с тонкой оправой, правда, забывает их протереть; блещет изречениями Цицерона (чего нет в тексте). Так тонко и затейливо из эпизодического персонажа Юрий Орлов создает чудесный колоритный образ старичка-профессионала…

Хороший финал спектакля не дань комедийному жанру, а дань справедливости. Посреди сцены – большой круглый стол, белая скатерть взлетает над ним, как раздутые паруса корабля славного капитана Монтеглена, идеального мужчины, способного понять женщину, по-настоящему любить и защищать. Рассеивается неприглядная действительность, в которой женщинам необходимо обороняться от мужчин. В мягкой ультрамариновой дымке счастливое семейство собирается на трапезу. Во главе стола – капитан Монтеглен, рядом с ним – Раймонда, Адриенна, госпожа Гишар, Дьедонне, слуга Реми... Места для господина Альфонса там нет.

Автор - Янина Зарицына

Фото: пресс-служба театра / Леонид Торопов