И В ШУТКУ, И ВСЕРЬЕЗ

Молодежный театр на Фонтанке готовит премьеру «Игроки» по одноименной пьесе Н.В. Гоголя. Это дипломный спектакль выпускницы мастерской С.Я. Спивака — художественного руководителя постановки. «ТЕАТР+» поговорил с начинающим режиссером и молодыми артистами театра о языке Гоголя и актуальности его произведений, об обмане и обманщиках, о том, в какие игры играют люди и как «легко говорить о сложном».

Семен Спивак, художественный руководитель постановки:

Мои выпускники-режиссеры последнего набора защитились в прошлом году, поставили свои первые профессиональные спектакли на разных сценах города, а с Настей Нечаевой мы договорились перенести ее дипломную работу на новый сезон — «Игроки» требуют особой тщательности.

В спектакле заняты однокурсники Анастасии, в основном, нынешние стажеры театра. Они уже давно «на одной волне», понимают друг друга, говорят на одном языке. Поэтому им легче творить, они — команда. А в случае с гоголевской пьесой понимать значение слова «вместе» особенно важно. Занимаясь «Игроками» нужно хорошо разбираться в человеческой психологии. Ребята, конечно, еще молоды, но они вместе со спектаклем будет потихоньку расти. Задача Анастасии как режиссера – «заразить актеров творчеством», и мне кажется, у нее получается.

Анастасия Нечаева, режиссер спектакля «Игроки»:

Когда я поступала на курс Семена Яковлевича, я охарактеризовала «Женитьбу» Гоголя как «произведение о нерешительности и о страхе будущего». Мастер сказал, чтобы я запомнила эту мысль и когда-нибудь поставила об этом спектакль. На третьем курсе мы брали тексты Гоголя как материал по сценической речи. Я восхищаюсь гоголевским языком, полным колкой иронии. Меня поражает умение Гоголя создавать персонажей не просто объемными, но и наделять их «болевыми точками», держать баланс между трагическим и комическим.

Выбирая материал для дипломной работы, я прочла «Игроков» и была потрясена, даже возмущена, финалом. Наверное, тогда и произошел тот самый «щелчок»: «Вот это — мое!» Но окончательное осознание того, что и почему меня зацепило в пьесе, пришло уже во время работы, когда я побывала в Москве в Доме-музее Гоголя и открыла для себя новые грани личности писателя.

Мне хотелось максимально приблизить историю к сегодняшнему дню, но при этом не делать ее ультрасовременной. Пространство спектакля вневременное, хотя тема обмана сейчас звучит отовсюду: нам звонят мошенники, готовые на все ради наживы, и мы попадаемся на их уловки... Я сама — доверчивый и пугливый человек, и во время работы над этим спектаклем поняла, что все этюды и наброски, которые я делала в институте, были связаны с моими страхами. Я патологически боюсь обмана и предательства, всегда и везде ищу тех, кому могу доверять. Потому и главного героя спектакля сделала таким.

Язык Гоголя мы сохраняем, в этом плане я консерватор. Но мы ищем в «Игроках» новые смыслы. Была одна сцена, которую мы никак не могли разгадать. Я предложила представить, что дело происходит в мужском клубе, и текст пьесы потрясающе «лег» на ту ситуацию. В этом гениальность автора: он созвучен любому времени.

Мы относимся к гоголевскому тексту как к загадке. Вплетаемся в него, аккуратно сокращаем некоторые монологи, в которых мне видится неуместное морализаторство, и кое-что добавляем: например, придумали разговор персонажа с колодой карт. Гоголь «позволяет» нам смещать акценты, оставаясь в рамках первоисточника. Мне было важно показать, как возникает доверие, как рождается дружба. И сделать главного героя, карточного шулера Ихарева, именно молодым человеком, для которого все в жизни происходит впервые: первые друзья, тоже шулеры, которым он поверил, первая манипуляция, жертвой которой он стал, первое предательство, которое его потрясло... Для меня «Игроки» — не о том, как обманули обманщика, а о том, как и почему обманщик позволил себя обмануть.

Главный герой грандиозно играет в карты. В нем есть горячность и одержимость, одиночество и беззащитность. А трое шулеров грандиозно играют в жизнь, хладнокровно подмечают все уязвимые моменты и феерично бьют в эти точки. Он, как человек неравнодушный, играет всерьез. А они, как люди равнодушные, играют в шутку.

Я с детства обожаю Молодежный театр. Для меня выпускать здесь премьеру и работать с Мастером — огромное счастье, гордость и награда. Как ученица и поклонница Семена Яковлевича, я стремлюсь говорить на его театральном языке — «легко о сложном». И, конечно, я мечтаю, чтобы наш спектакль полюбился публике и занял свое место в целой плеяде спектаклей выпускников Спивака, которые вошли в репертуар театра.

Федор Фролов, исполнитель роли Ихарева:

Мой персонаж — очень страстный, «жаркий» человек. Он готов всем пожертвовать во имя искусства игры, к которой до безумия серьезно относится. Это становится его болевой точкой, чем и пользуются другие игроки.

Карточную игру, в которую играют у Гоголя, мы изучали все вместе и посвятили этому не одну репетицию. Мы выясняли, какие существуют игры и что из этого подходит нам.

А что касается ловкости рук, я в подростковом возрасте увлекался карточными фокусами, даже заказывал карты из-за границы и собрал целую коллекцию. Но потом забросил, когда понял, что людей привлекает не сам фокус, а его разоблачение.

В нашем спектакле карточные игроки — это люди, которые горят этим делом, для которых игра сродни творчеству. Они играют всем и всеми вокруг. Но Ихарев — игрок именно в карты. И для него искусство — подменять колоду, различать крап. В этом он, скорее, математик: его интересует технология процесса.

В отличие от моего персонажа, я совершенно не умею врать. От вранья у меня кружится голова, сохнет во рту, трясутся руки. Я — не азартный игрок, не делаю ставки, не играю ни в карты, ни в компьютерные игры, но легко поддаюсь на споры. А Ихарев, конечно, прирожденный плут, для которого обман — это кураж, адреналин, способ жить. В карточной игре он нашел свое единственное призвание.

У Гоголя компания шулеров находится в конфронтации, между ними есть элемент недоверия. Мы же попытались их сблизить, чтобы получилась история о дружбе и о том, что команда единомышленников — это сила.

Наш Мастер, Семен Яковлевич, учил нас ставить и играть спектакли по принципу трагикомедии: должно быть и смешно, и грустно — как в жизни, в которой всегда есть много и комического, и трагического, и абсурдного.

Антон Перфильев, исполнитель роли Швохнева:

В работе над ролями мы руководствовались такой логикой: раз наши игроки — команда, значит, у каждого из них должна быть своя определенная функция. И если Утешительный — это мозг, который все придумывает, то Швохнев — это руки, которые все исполняют.

Швохнев — очень импульсивный человек, самый активный из всей компании. К сожалению, из-за своей вспыльчивости он может сорвать дело и подвести своих товарищей. Он слишком азартен для картежника.

В нашей мастерской есть термин «представление о счастье». Прочитав пьесу, мы первым делом размышляем: в чем состоит счастье для наших персонажей? Представление Швохнева о счастье — провернуть следующее дело круче предыдущего, обмануть еще ловчее.

Оправдать поступки моего персонажа не сложно. Все шулеры и мошенники обманывают не от хорошей жизни. Их логика проста: сегодня не обманешь — завтра не поешь. Наши герои «дообманывались» настолько, что вышли на тот уровень, когда могли бы заняться чем-то другим. Но азарт от удачи их не отпускает, действует как наркотик: им хочется продолжать, они становятся все ненасытнее.

На репетициях мы изучали карточные термины: банчик, банкир, понтёр, абцуг... У нас была целая репетиция, на которой мы ничего не делали, только играли в марьяж — в игру, в которую часто играли в семье Насти Нечаевой. Под конец репетиции мы все перессорились, зато поймали нужный кураж, прочувствовали азарт, и это нам в итоге очень помогло.

У нас игрок — это не просто «человек, который играет в карты и обыгрывает противников». Для наших героев игра — это способ отношения к жизни, где каждый день — это карточная партия и новый вызов. Такой способ «пристройки» к миру и сплачивает этих шулеров, для которых деньги — не самоцель. Их волнует не выигрыш, а то, как они провернут новое дело.

Наш спектакль про то, как очень одинокий человек, у которого в жизни было безумное увлечение карточной игрой, впервые нашел друзей, впервые доверился им, а они его жестоко, беспощадно и цинично обманули.

Матвей Черников, исполнитель роли Утешительного:

В пьесе Степан Иванович Утешительный — лидер, мозговой центр. Я «срисовал» свой образ с  Джека Воробья в исполнении Джонни Деппа. Мне хотелось, чтобы получился капитан, про которого сразу понятно, что он — главарь банды, но которому ничто человеческое не чуждо. Чтобы при своей ироничности он был уязвимым, неуклюжим, стеснительным, ранимым. Чтобы получился лидер, который вынужден брать ответственность и за себя, и за команду.

Конечно, мы изучали разные карточные игры. За референс взяли одну игру и разбирали ее принцип: как оставаться в выигрышном положении, чтобы победить. Но для меня не это было главным. Я с самого начала репетиций и до сих пор придерживаюсь понимания, что человек, хорошо играющий в карты, может обратить эту способность в умение хорошо «играть в жизнь». Наши герои — высококлассные игроки. Они обыгрывают настоящих профессионалов за счет своих человеческих качеств и, конечно, актерского таланта.

В моем понимании игрок — это зависимый человек. Начав играть, он уже не может остановиться — ни в картах, ни в жизни — и доходит до края. А шулер — это мастер, фокусник высшего уровня.

Если для Ихарева игра — это смысл и способ жизни, то для Утешительного — предмет для изучения. Не заветная цель, а способ «обмануть обманщика», что довольно сложно сделать. Настоящий игрок — идеальная мишень и желанная цель для любого мошенника. Гоголь написал комедию о тех, у кого обманывать получается лучше всего. А мы ставим спектакль про то, что нужно уметь оставаться человеком при любых обстоятельствах и не впадать в зависимость от того, чем ты занимаешься. А еще про то, что во всем должно быть место человеческому, подлинному, настоящему.

Беседовала Мария Кингисепп

Фото:  Юлия Кудряшова-Белокрыс