КИРИЛЛ КУЗНЕЦОВ: Я АКТЕР НЕ ДЛЯ ВСЕХ РОЛЕЙ

В начале мая свое 35-летие отмечает один из самых популярных актеров Санкт-Петербургского театра «Мастерская» – Кирилл Кузнецов. Ученик Григория Козлова, он всегда узнаваем в культовых постановках мастера – будь то «Тихий Дон», «Братья Карамазовы» или «Дни Турбиных». А еще он – настоящая кинозвезда, в фильмографии которой  довольно много исторических и военных проектов. За актером даже закрепился негласный статус идеального офицера на экране. В этом году Кирилла Кузнецова можно увидеть в новой военной драме о блокаде Ленинграда – «Остров Сухо» (12+) производства киностудии «Ленфильм». О ярких киноролях, родном театре и не только актер рассказал в интервью изданию «Театр + Кино».

– Кирилл, мы очень рады, что вновь находимся в стенах всеми любимого Театра «Мастерская», но начать хотелось бы с кино! Многие петербуржцы видели в новостях весь прошлый год, как проходят съемки военной драмы «Остров Сухо». Очень надеемся, что рано или поздно фильм выйдет в прокат, ведь посвящена картина подвигу моряков по защите крошечного острова в Ладожском озере, который прикрывал Дорогу жизни в блокадный Ленинград от фашистских авианалетов. В вашей кинокарьере это уже не первая работа, посвященная подвигу советских солдат. Когда поступило приглашение, сразу согласились?

– Эта история началась уже несколько лет назад. Согласился сразу, как только прочитал сценарий, потому что, во-первых, очень хорошая история, стройно написанная. А потом, когда уже познакомился с режиссером, убедился, что из нее действительно может получиться достойное кино. Да и в целом для нас, ленинградцев, петербуржцев, блокада – очень больная и важная тема одновременно. Поэтому мне было интересно стать участником создания кино о блокаде, ведь несмотря на богатую историческую фильмографию ролей, связанных именно с блокадой Ленинграда, у меня до сих пор не было. И мне хотелось внести свою скромную лепту в увековечивание памяти, рассказать о герое битвы на острове Сухо, о котором я, например, не знал. Захотелось, чтобы как можно больше людей о ней услышали из нашего фильма, заинтересовались бы и стали изучать, поднимать информацию, потому что подвиг действительно удивительный.

– Вы же играете реального персонажа – того самого командира, который оборонял остров?

– Да, именно так. Моего персонажа зовут Николай Грачев, он командир гарнизона острова и противокатерной батареи. Его прототипом стал реальный командир батареи № 473 Иван Константинович Гусев (1905–1966). (В ходе боя 22 октября 1942 года Гусев был пять раз ранен, но продолжал командовать обороной острова Сухо – прим. ред.) Причем здесь нужно сказать, что маленький гарнизон противостоял целой флотилии, состоящей из кораблей разных стран, – там были немецкие, французские и финские суда. И вот такой военной армаде противостоял крошечный насыпной остров на Ладоге. И каким-то чудом, ценой в том числе и жизней, люди совершили настоящий подвиг. Об этом 100% нужно было снимать фильм.

– Нужно было как-то по-особенному готовиться к этой роли: читать исторические материалы, смотреть какую-то военную хронику или документальные фильмы? Другими словами – нужно ли было погружаться в ту историческую эпоху или такого не требуется?

– Это обязательно требуется, потому что когда подобного не происходит, все же потом будет видно на экране. Что бы актеры ни говорили, что можно и так сыграть, не погружаясь. Можно, но на качестве это скажется, и очень заметно. В этом плане нам, артистам, которые снимались в «Острове Сухо», очень повезло, потому что у нас был серьезный репетиционный период, что в кино сейчас случается не так часто. Мы все собирались на «Ленфильме», читали сценарий, обсуждали его, спорили, ругались. У нас реально там были целые баталии (смеется). И хорошо, что мы все это сделали до начала съемочного периода. И когда мы уже вышли на локации, многие сцены были размяты, подготовлены, подправлены, что-то было причесано, какие-то моменты мы отодвинули на второй план, какие-то, наоборот, обострили. И это в моменте дало нужное погружение, нужную энергию, нужные слова, которые иногда приходили сами по себе, не знаю откуда, в сценарии их не было.

– Импровизация?

– Это даже не импровизация, эти внезапные реплики откуда-то сверху шли. Вот просто во время дубля той или иной сцены ложилась какая-то важная фраза и оставалась. Мы ничего не переснимали. И это очень дорого стоит. Причем и режиссер, и сценаристы, и продюсеры были довольны. У нас вообще потрясающая команда была. Мы провели три недели на Валааме. Все это время стояла солнечная, практически безветренная, безоблачная погода. И с точки зрения кино снимать было очень красиво и приятно. А в перерывах мы даже успели немного позагорать. Было здорово!

– Я знаю, что съемки помимо Валаама проходили и в самом Петербурге в разных локациях, и на Ладоге, где снимались как раз экшен-сцены. Вообще команда актерская была преимущественно питерская?

– Костяк был питерский, безусловно. Хотя московских артистов тоже хватало, но все они уловили наш питерский дух. И это, мне кажется, очень хорошо будет видно на экране. Ну, и не могу не упомянуть о своей партнерше на съемочной площадке – петербургской актрисе Светлане Смирновой-Кацагаджиевой из Театра Поколений. Это большое счастье работать с такой профессиональной актрисой, которая всегда тебя поддержит, подскажет, что немаловажно.

– Подскажет?

– Абсолютно.

– Мне кажется, вы с ней такие равнозначные творческие единицы, опытные, профессиональные, хорошие актеры, что уже и подсказывать вам друг другу нечего.

– Бывает положительный опыт, а есть еще и отрицательный. К опыту тоже надо относиться с осторожностью. И я не стеснялся иногда говорить, что, например, какую-то сцену я не знаю, как правильно играть. И Света помогала, подсказывала, мы с ней вместе разбирали рисунок роли. Даже когда камера была направлена не на нее, а снимали дубль с моим крупным планом, она стояла напротив и играла так же, как когда она была в кадре. Для партнеров это очень важно – все отыгрывали на полную все дубли, сколько требовалось. Причем за кадром Света отдавала энергии еще больше, чем когда снимали ее крупный план. И такое сейчас редко встретишь с артистами в кино, признаюсь честно. Это вызывает огромное уважение, а работать с такими партнерами – большое счастье.

– Мне кажется, тут еще повезло с обоими мастерами, которые вас научили профессии. Вы – ученик Великого Козлова, она – ученица Великого Корогодского (Зиновий Корогодский (1926–2004) – знаменитый ленинградский театральный режиссер и педагог – прим. ред.).

– Да, все именно так.

– Другими словами, можем сказать, что зрители увидят на экране настоящую петербургскую актерскую школу.

– Хочется в это верить.

– Сами-то ждете фильм «Остров Сухо»?

– Очень жду.

– А часто смотрите свои фильмы, кстати?

– Смотрю. Но я себе мало когда нравлюсь. За редким исключением. Я вижу иногда так называемые актерские швы, а мне хочется их не видеть. Мне, как человеку сомневающемуся, который постоянно ищет возможности для роста и совершенствования, приходится в такие моменты непросто – я сразу начинаю загоняться, что мог бы сделать не то, чтобы лучше, но по-другому. Не знаю, может быть, я заблуждаюсь. Может, это привело бы к какому-то варианту сцены еще хуже или арка персонажа стала бы выглядеть иначе, но мне всегда хочется что-то в своей игре изменить. Поэтому если и смотрю свои фильмы, то с целью анализа роли и пытаюсь делать некую работу над ошибками, а иногда пытаюсь просто отключить в себе этого внутреннего критика.

– Я хочу вспомнить о вашем предыдущем масштабном проекте, который сначала вышел как полнометражный фильм, затем как телесериал – «Любовь Советского Союза». Вы там тоже играли военного. Причем мне кажется, что вы всегда такой образцово-показательный герой военных фильмов, или просто фильмов в стиле ретро. Вы часто играете очень положительных персонажей, которым хочется довериться, рассказать все свои тайны, секреты, потому что есть ощущение, что вы всегда спасете, как Супермен придете на помощь. Причем в вашей фильмографии ведь есть не только кино о Великой Отечественной войне или про 1930-е годы, но и о прошлых столетиях, можем и сериал «Елизавету» вспомнить. Вам самому по-актерски не надоели разные исторические эпохи? Не хочется в современность уйти на экране?

– Я актер не для всех ролей. Это первое. Во-вторых, если тебе что-то предлагают, будь добр, иди и работай. Сделай это так, чтобы не повторяться. В этом тоже есть азарт. А возвращаясь к вопросу положительных ролей, вы можете вспомнить проект «В созвездии Стрельца» – так я полная противоположность того, что вы описывали (улыбается). Там я прямо сильно не положительный. Да и вообще, играть отрицательных персонажей всем артистам интереснее, есть где развернуться. Я открыт к самым разным предложениям, не боюсь ничего, вопрос в другом – а будет ли в том или ином подонке что играть.

– А у вас не сложилось профессионального ощущения, что сейчас наш кинематограф дал сильный крен в сторону истории, военного кино, снимают уже проекты о каких-то совсем мелких событиях и деталях?

– История не может быть маленькой. Она либо есть, либо ее нет. И, знаете, можно снять историю о том, как человек идет в магазин за хлебом, но при этом разрушается его судьба. И люди будут это смотреть. Здесь абсолютно не важен масштаб истории: взять, к примеру, сагу «Дюна», которая охватывает всю галактику, Вселенную, или историю острова Сухо. Потому что Сухо в конкретном историческом моменте для всех людей, которые его защищали, была целая Вселенная.

– Не так давно было очень много некачественных, проходных военных фильмов, к большому сожалению…

– Именно! А нам, киношникам, и надо,как раз снимать хорошее военное кино, чтобы люди приходили в кинотеатры и проживали вместе с героями их жизни, узнавали их подвиги и рассказывали это детям, друзьям.

– Мы можем опять же ваш другой недавний военный фильм вспомнить – «Август» по мотивам знаменитого романа Владимира Богомолова «В августе сорок четвертого…» («Момент истины»).

– Да, хотя это уже третья или четвертая была экранизация, но какое мощное кино-то в итоге получилось. Вот такое кино хочется смотреть. Хотя многие поначалу мне говорили, что, мол, очередной ремейк опять снимаете. А я им в ответ: «Ребята, почему ремейк-то? Это экранизация. Это не ремейк, это новая киноверсия культовой книги!».

– Резонно! Что ж теперь нельзя заново «Войну и мир» экранизировать что ли!? Кстати, если бы вам предложили появиться в «Войне и мир», которую сейчас снимают, согласились бы?

– С удовольствием! Я бы сыграл Болконского! Но не знаю, расстрою я кого-то или нет, там уже есть Болконский, его играет очень достойный артист!

– Странно, что в вашем родном Театре «Мастерская» до сих пор не поставили «Войну и мир». У вас ведь в репертуаре такие фундаментальные произведения русской литературы, в которых и вы сами играете, а «Войны и мира» Льва Толстого нет.

– Я не знаю, может, Григорий Михайлович меня потом прибьет за то, что сейчас скажу, но были такие разговоры. Но… пока поставим многоточие.

– Не будем останавливать разговор о театре, раз перешли к нему! А вы когда учились у Григория Козлова, были среди его любимчиков, или у него таких не бывает?

– Мне кажется, он всех нас любит как своих детей! Это правда! Может, конечно, я чего-то не знаю, но я всегда ощущал общую любовь ко всем нам. Если это не так, то у самого Мастера спросите (смеется). Для нас всех он отец, он наставник. И все, что есть в моей жизни, связанное с профессией, вот даже то, что я здесь сижу сейчас и даю вам интервью, это все благодаря моему мастеру.

– Он хотя бы ругается иногда?

– Ох, ругается, ругается (улыбается). Но по делу, всегда только по делу. Просто так никогда.

– Спектакли, в которых вы участвуете на сцене Театра «Мастерская», сегодня уже составляют золотой фонд репертуара. Не так давно и сам театра отпраздновал свое 15-летие! И этим постановкам тоже по 15 лет почти каждой – легендарные «Тихий Дон», «Братья Карамазовы», «Дни Турбиных»…

– Да, у нас принято курсы Григория Михайловича по дипломным спектаклям различать. Вы все верно перечисляете – «Идиот», «Тихий Дон», «Мастер и Маргарита», потом «Братья Карамазовы». Во всех посчастливилось поучаствовать!

– А когда мы увидим с вами премьеру?

– В прошлом году на режиссерской лаборатории у нас в театре я показывал один материал по роману Ремарка «На Западном фронте без перемен». Очень хочется довести дело до конца и сделать моноспектакль. Весь вопрос в занятости. Пока физически нету даже нескольких дней, чтобы приехать и с мастером это все репетировать. Но я нацелен решительно, настроен серьезно, чтобы уже довести до ума эту работу и выпустить свой моноспектакль.

– А нет желания самому кино начать снимать?

– Вы как будто мои мысли читаете. Такие мысли тоже есть, в планах значится, надо набраться сил и духа! Но пока я не наелся актерством. Мне безумно нравится то, чем я занимаюсь, – быть актером! А в перспективе, надеюсь, реализую и свои режиссерские амбиции – и на сцене, и на экране!